Женька

Едва ли мне исполнилось шестнадцать лет, когда я с ней познакомился. Женьке уже было девятнадцать, она жила на соседней улице, но почему-то раньше я её не встречал. В...

Едва ли мне исполнилось шестнадцать лет, когда я с ней познакомился.

Женьке уже было девятнадцать, она жила на соседней улице, но почему-то раньше я её не встречал.

В тот вечер мы с пацанами сидели во дворе у нашего дома. Когда-то давно здесь обустроили детскую площадку, но горки, песочница и беседка обветшали со временем. Ни у кого из жителей не нашлось свободного выходного дня, чтобы подправить горку, привезти песок в песочницу и покрасить всё заново.

Старший по дому даже краску закупил и на счёт песка договорился, но желающих потрудиться не нашлось. Нам с пацанами старший не доверял, видать, считал нас шпаной, которая только ломать может, а не строить.

Мы отремонтировали стол и одну лавочку в беседке, и теперь по вечерам сидели там. Играли в карты, бренчали на гитаре, иногда и покypивали, пока никто не видит.

Вот в эту беседку к нам и пришла Женька:

— Привет, молодёжь!

Голос у неё был звонкий и весёлый.

Мы нестройно ответили на приветствие и замолчали, ожидая продолжения.

— Димон, — позвала она нашего приятеля, потом оказалось, что они живут в одном доме, — а сгоняй мне за сигами!

— А сама чё не идёшь?

— Да мне лень! Сходи, Димон.

— Так мне восемнадцати нет, не продадут.

— Сегодня тёть Валя работает, она продаст.

— Ага, — сопротивлялся Димка, — а потом мамке моей скажет. Нет уж, я не пойду!

— Я могу сходить, — я, как пионер, вызвался сходить в ларёк для незнакомой девчонки.

— О, давай! — Обрадовалась Женька. — А как тебя звать?

— Роман, — представился я.

— Ромео, — Женька улыбнулась, — а я Евгения, но можно просто — Женёк.

Ларёк находился через три дома от беседки, где мы собирались. Всю дорогу туда и обратно я думал, как принесу сигаpeты и отдам пачку Женьке. И как она мне улыбнётся и скажет:

— Спасибо, Рома!

А я отвечу такой:

— Да не за что.

Я сам не знал, чем мне так приглянулась эта девушка. На первый взгляд в ней не было ничего особенного.

Но когда я вернулся, то услышал:

— Ромео, тебя только за смертью посылать!

— Пожалуйста! — Буркнул я себе под нос.

Женька ушла, оставив после себя шлейф сигapeтного дыма. Мы ещё немного посидели и тоже пошли по домам.

Я ничего не узнавал специально, но информация о Жене и её жизни сама находила меня.

Она жила одна в квартире своей покойной бабушки. Родители Женьки уехали на заработки то ли на север, то ли за границу, а её оставили жить с бабулей.

Бабушки не стало несколько месяцев назад, и Женька осталась предоставлена самой себе. Родители не спешили возвращаться, наверно, думали, что дочь уже совершеннолетняя, сама разгребёт.

Я так понял, что Женьке нравилось быть одной. Она не гуляла с подругами, и в компании сверстников я её никогда не видел.

Она иногда забредала в нашу беседку «на огонёк», болтала с нами, кypила и уходила снова.

Позже я узнал, что Женькина бабушка долго болела, и Женька ухаживала за ней до конца. Пoxopoны, поминки, всё легло на плечи Женьки.

Но она никогда никому не жаловалась, никто не видел её слёз.

Димка рассказывал, что Женька подбирает бездомных кошек, лечит их, кормит, пристраивает в добрые руки. Но кому они нужны — беспородные, часто с хроническими болезнями? Вот-вот!

Однажды я встретил её у нашего дома, она несла на руках абсолютно белого котёнка. Одной рукой Женька крепко прижимала зверька к себе, а другой — ласково гладила по маленькой спинке. Склонив голову, она что-то приговаривала ему.

А я встал столбом и, как дурак, не мог отвести глаз от этой картины: Женькины чёрные волосы ложатся на белую шубку котёнка.

— Ромео, привет! Возьми котёнка?!

Конечно, я не смог ей отказать, даже не подумал, как буду объяснять матери свою внезапную любовь к усатым-полосатым.

— Жень, это кот? — Спросил я охрипшим голосом.

— Кот, — уверенно ответила она.

— Назову его Джонни.

— Ну-ну, — Женька довольно улыбалась. Наверно, радовалась, что удалось пристроить очередную животинку, а я подумал, что ей новое имя кота понравилось.

— Хорошее имя для кота, правда, ведь?

— Конечно, хорошее. Пока, Ромео!

— Пока, Женёк!

Мать неожиданно ничего не сказала против кота, только:

— Если нагадит, убирать будешь сам!

Джонни оказался умницей, всегда просился на улицу по своим делам.

Теперь мне всегда было о чём поговорить с Женей. Я рассказывал ей о проделках Джонника, она смеялась. И переспрашивала:

— Так прям и спал на спине, как человек?

— Ага!

— Значит, кот тебе доверяет, — уже серьёзно добавляла Женя, — ты — хороший человек, Ромео.

Я, конечно, краснел и не знал, что на это ответить.

Но однажды я всё-таки решился и предложил проводить её до дома.

— Ромео, это мой двор, я тут никого не боюсь!

Кажется, я слишком сильно расстроился из-за её отказа, и Женька это заметила:

— Ладно, пойдём. Вдруг какой новый злодей завёлся, который меня не знает.

Она взяла меня под руку, прижалась своим тёплым боком к моему. Я замер, ощущение близости этой девушки опьяняло.

— Ромео, чего застыл? Пошли, меня дома шесть голодных ртов ждут!

И Женька уверенно потащила меня вперёд.

— К себе приглашать не буду, сам понимаешь, что у меня там творится. Но спасибо за то, что проводил!

Она сказала это без всякого намёка на насмешку, и за это я ей благодарен по сей день. Хотя из нас двоих скорее я попал бы в переделку, чем Женёк.

Я уже надеялся завязать отношения с Женей, но беда пришла, откуда не ждали.

Маме предложили хорошую должность в соседнем городе. И она решила переезжать, ведь зарплату тоже обещали больше, чем тут.

— Мам, а как же моя учёба? — Я, наивный, надеялся, что мать уедет одна, а я останусь тут.

— Рома, этот вопрос уже решён. Тебя возьмут в новую школу.

— А Джонни? Он привык гулять в нашем дворе, — я цеплялся за любую соломинку.

— Ром, это кот. Он привыкнет к новому месту. Что это, вообще, за странный разговор?

Я хотел рассказать маме про Женьку, про её кошек, про мой шанс… Но не смог. Никогда мы с мамой не болтали по душам, и сейчас тоже был неподходящий случай.

Мама много работала, чтобы у нас всё было. А про отца я ничего не знал. Как-то я заикнулся о том, что друзей папы учат кататься на велике, плавать, берут на рыбалку. А где мой папа?

Мать так на меня посмотрела! В её взгляде был и гнев, и затаённая боль. Больше об отце я не спрашивал, потому что не хотел снова ощутить на себе тот взгляд.

Мы собрали вещи, погрузили всё в машину и покинули город моего детства, город, где я впервые влюбился.

***

Прошло несколько лет. По воле судьбы в лице моего непосредственного руководителя я вновь оказался в городке, в котором вырос.

Решив все рабочие вопросы, зашёл в свой старый двор.

На месте нашей ветхой площадки появилась новая, современная. Там гуляли дети, а их голоса разносились далеко вокруг.

Я присел на лавочку и огляделся. Казалось, ничего не изменилось, но это только на первый взгляд. Двор стал ухоженным, все лавочки и заборы сверкали свежей краской, новый асфальт лежал вдоль домов, появилось много машин. А когда-то здесь стоял только один автомобиль — «Жигулёнок» дяди Пети Скворцова.

Я прикрыл глаза, вспоминая.

Вдруг услышал шаги, и кто-то присел рядом на лавочку.

— Как хорошо посидеть в тени, — произнесла женщина.

Я кивнул, соглашаясь. Мне не хотелось вступать в разговор, я вспоминал детство, прошедшее здесь.

— Как сейчас помню, на этом самом месте я лет двенадцать-тринадцать назад отдала своему другу белого котёнка. А он назвал его дурацким именем Джонни.

Я медленно повернулся к женщине:

— Женёк?!

— Да, Ромео, это я! — Она снова улыбалась мне. От уголков её глаз разбегались лучики морщинок. — Как поживает Джонни?

— Джонни постарел. Сильно. А как ты?

— Как видишь. Я, как кошка, гуляю сама по себе.

— Женька, ведь когда-то я был влюблён в тебя! — Неожиданно выпалил я.

— Я знаю, Ромео, и тогда тоже знала.

— Но почему…?

— А зачем? Ты уехал, я осталась. Всё равно ничего бы не получилось.

— Не жалеешь? — Спросил я.

— Не жалею, не зову, не плачу! Ром, я сама выбрала такую жизнь. Я — одиночка. И никогда не понимала это желание других сбиваться в пары, заводить детей. Мне хорошо наедине с собой, и так было всегда. Не жалей ни о чём! Ты, наверняка, женат? Дети есть?

— Да, ты угадала, жена и двое детей. То есть у нас бы вообще ничего не получилось? — Я хотел допытаться, получить ответ.

— Нет, Ромео, не получилось бы. Прости.

Женька, Евгения встала с лавки и пошла в сторону своего дома, даже ни разу не оглянувшись.

А мне почему-то вдруг стало так обидно за себя! На новом месте я привыкал с трудом, я постоянно думал о ней. Я обижался на мать, что увезла меня оттуда, от Женьки.

 

Значит, все мои терзания были зря? Ведь между нами всё равно ничего бы не сложилось.

Нет, всё-таки не зря! Если бы не Женька, не было бы у меня сейчас моей любимой жены, которая обожает животных. Не было бы и моей любимцы — Женечки, моей младшей доченьки — умницы и красавицы.

Значит, всё, что ни делается — к лучшему? Да, так и есть!

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 8.04MB | MySQL:61 | 0,224sec